Jeremy Clarkson
Жизнь в стиле Топ Гир, 18.01.2010
В конце 70-х – начале 80-х мировые фанатики свежего воздуха решили, что выхлопные газы, вырабатываемые их машинами, стали причиной рождения в Бирмингеме двухголовых детей. И весь научный мир пришёл к согласию, что Что-то Нужно Делать.
В то время я предлагал перенести Бирмингем подальше от M5 и M6, может быть, на Фолкленды, но это было отметено как «какая-то глупость».
Очевидным решением был нейтрализатор каталитических газов. Разработанный в 1950-х французом и применённый на практике в 1973-м американцем, он был довольно дорогим, но выполнял свою работу. Окиси азота превращались в азот и кислород. Окись углерода превращалась в двуокись углерода, а углеводороды исчезали. Чудно.
Единственными, кто выступал против использования нейтрализаторов, были 1) старики в мешковатых джемперах на классических машинах, думавшие, что поскольку автомобили с новой системой могли потреблять только неэтилированный бензин, очень скоро они не смогут купить себе этилированного топлива, чтобы завести свой TR3. И 2) Премьер-Министр миссис Тэтчер.
Мэггон много попрыгала и помахала своей сумочкой в воздухе по поводу машин. Она думала, что они были творением дьявола, и продолжала указывать на их один большой недостаток. Они значительно повышают количество CO2, выходящего из выхлопной трубы. Двуокись углерода, по версии Мэггон, была плохой штукой, но больше никто не мог понять, о чём она говорит, и поэтому все игнорировали её протесты как болтовню сумасшедшей женщины.
Очевидно, они не имели представления о том, почему ей так нравилась единственная альтернатива каталитическим конвертерам – технология бедной топливной смеси. «Ты не только сумасшедшая женщина, – говорили они. – Ты также дочь бакалейщика с вздёрнутой причёской, так как же ты можешь что-то понимать в двигателях»
Бедное топливо – это сплошная скука. Если вкратце, бензиновый двигатель в вашей машине сейчас потребляет одну часть топлива на 14 частей воздуха. В беднотопливном двигателе эту долю можно увеличить до 25 или даже 30 частей воздуха. Результат – значительно сокращённый расход и меньше гадких газов, выходящих сзади машины. Включая C02.
«Да хватит тебе трындеть о CO2, ты, слабоумная летучая мышь!», – говорили мировые фанатики свежего воздуха.
Но она ни за что не затыкалась. В 1988-м, она обратилась в Королевское Общество с требованием, чтобы учёные нашли альтернативу ископаемому топливу. «Даже если это обойдётся очень дорого, я верю, что эти деньги будут потрачены не зря и на дело, потому что здоровье экономики и здоровье окружающей среды напрямую зависят друг от друга».
Потом, через два года после научной конференции, она снова взялась за своё, озаботившись – намного раньше любого из других политиков – что углекислый газ станет проблемой. «Необходимость в новых исследованиях не может быть оправданием для откладывания столь нужных сейчас шагов. Уже сейчас есть очевидный смысл в принятии предупредительных мер на международном уровне».
В то время большинство людей думало, что она просто пытается убить горную промышленность и заткнуть углеродный фонтан одного человека – Артура Скаргилла. Но суть вот в чём – миссис Тэтчер увидела всю ситуацию в конце 70-х, когда пришла к власти, и у неё была степень по химии, так что она знала, что это означает. Миссис Тэтчер, таким образом, была первым эко-сумасшедшим Британии. Первым человеком, который понял концепцию изменения климата. Первым, кто попытался что-то с этим сделать.
Конечно, никто её не слушал. Америке нравились катализаторы, потому что это быстрое решение проблемы. Но они были не одиноки. Всем нравились катализаторы. Поэтому вот, что у нас получилось, и в результате количество углекислого газа, выбрасываемое автопарком так посдскочило. И теперь, конечно же, весь мир занят попытками от него избавиться.
Гибриды считают решением, потому что гибриды это тоже быстрое решение проблемы. Все любят гибриды. И в результате – уж поверьте мне – история вот-вот повторит сама себя, поскольку скоро все поймут, что мы пошли по неправильной дороге. Снова.
Гибридам нужна нефть, чтобы работать. А если ты сжигаешь нефть, ты создаёшь проблемы, главная из которых, как мне кажется, в следующем: нефть скоро кончится.
Нам продолжают говорить, что BP нашла три миллиарда баррелей в Мексиканском заливе, и что под канадскими прериями достаточно нефти, смешанной с песком, что хватит нам всем. Но насколько её хватит? Кто-то говорит, что она начнёт кончаться через 25 лет. Но даже если это сто лет, мы не можем расслабляться, потому что сто лет это как наносекунда.
Что произошло, к примеру, в 17 веке? Ну, британские войска захватили Новый Амстердам и переименовали его в Нью-Йорк, человек по имени Рембрандт нарисовал себя, в Лондоне случился пожар, а голова короля Эдварда отделилась от шеи. Видите, что я имею в виду? Сотня лет пролетает в мгновение ока. На школьном уроке истории дети проходят через столетие за 45 минут.
Следовательно, обязанность всего мира в том, чтобы найти альтернативу нефти. Сейчас. Это – и спорить с этим бессмысленно – означает водород. И не менее важно, чтобы автопроизводители перестали сломя голову выпускать гибриды, потому что если они этого не сделают, никто из них не доживёт до того, чтобы подзаработать на рассвете новой эры, когда он наступит.
В этом месяце я видел, как компания, производящая Lada, уволила 30 000 рабочих, и как оставшиеся 72 000 проводят большую часть времени, играя в домино и организовывая геркулесовские алкогольные соревнования. Мы знаем, что будущее Vauxhall туманно, что Saab цепляется за жизнь ногтями, и что у финансовых гарантов Aston Martin в Кувейте «всё хорошо». Что в переводе с жаргона финансистов означает «В дерьме по самый лоб».
Некоторые автокомпании справляются с тем, чтобы просто держать свои головы над водой в эти сложные времена, но все они ставят на одну карту… чёртовы гибриды.
BMW заявляет, что современные суперкары слишком милитаристские, и что люди хотят более мягкие и заботливые машины. Какие люди? Не я, это точно. И не вы. И не орды поклонников Top Gear, которых я встретил в Румынии в этом месяце, и которые, насколько я могу судить, готовы переспать с жирным мужиком среднего возраста, просто чтобы посидеть в Aston Martin. Один парень в тонком белом нейлоновом брючном костюме залез в 6 футов DBS и, я не шучу, у него началась эрекция. В присутствии Prius у него было бы на полшестого.
И есть ещё Rolls, и Porsch, и Volvo, и Saab, и Toyota, и Mahindra, и Kia, и Hyundai, и Peugeot, и Fiat, и Ford, и GM, и Honda, и все они тратят целые состояния на следующее поколение бензиновых гибридов, дизельных гибридов и «штепсельных» гибридов, которые так же удовлетворяют нашим текущим потребностям, как катализаторы 30 лет назад. Но они не ответ.
Да, водород сложно и дорого получать. Но Эллен Макартур тоже было сложно и дорого обогнуть земной шар. Слетать на луну тоже было сложно и дорого. Было также сложно и дорого сделать так, чтобы работали двигатели на бедном топливе. Но если кто-нибудь это сделает, нефть, которая у нас есть, не кончится так быстро. И эко-психопаты сфокусируют своё внимание на коровах, а не на автомобилях.
Проблема, естественно, в том, что человеческие существа в прошлом никогда не учились на своих ошибках. Мы похожи на насекомых, без конца бьющихся головой об стекло в надежде, что вот в этот раз стекла там не окажется. Помните, что если вы хотите купить себе Prius, то вы не человек. Вы – моль.
